Михалево, Дмитровский/Клинский у., Московская губ.

Материал из Проект Дворяне - Вики

Версия от 00:33, 16 июня 2015; Миша Ослон (Обсуждение | вклад)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск
Название: Михалево, сельцо (на 1769 г.)[1].

Топография : Лутосенский стан (на 1769 г.)[1].

Губерния и уезд: Московская губ., Дмитровский, затем Клинский у.

Водные ресурсы: Недалеко протекает река Рогачевка [2].
Земельные владения: "...Межевал 20 октября 1769 г. Апочинин. Пашня 64 д 748 с, лес 82 д 153 с, сенной покос 28 д 2086 с, селение 4 д 800 с, бол. дорога 8 д 1800 с, дороги 644 с, реч. 1 д 2188 с, всего 190 д 1219 с"[1].

Владельцы: Веревкин Михаил Иванович, Веревкина Мавра Федоровна (на 1769 г.)[1].

Писатель М.И. Веревкин прожил здесь последние 15 лет своей жизни, здесь и умер в 1795 г., похоронен в с. Покровское, Дмитровский/Клинский у., Московская губ.[1].

Положение на ПГМ: Е-11 [1]. Карты: Московская губерния.
Номер владения по ЭП: Кл-505 [1].

Тяжбы по владению: 6 октября 1758 года Веревкин взял в Московском государственном банке для дворянства 3547 рублей. К апрелю 1762 года сумма его долга (с учетом выплаченных денег и процентов) составляла 3092 рубля. В конце 1760 - начале 1761 года Контора Московского государственного банка для дворянства начала процесс отписания заложенного имения Веревкина сельца Михалева: в Казанскую губернскую канцелярию был послан указ выслать имеющихся при Веревкине дворовых людей для поселения в Михалеве; 22 января 1761 года в Дмитровскую воеводскую канцелярию был послан указ описать и оценить имение Веревкина сельцо Михалево, что вскоре и было сделано (см. копии описей: РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 3 – 4; РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 7 - 12 об.). 26 декабря 1761 года документы, связанные с этим делом, были отправлены в Канцелярию конфискации, где 16 января 1762 года, между прочим, было определено "Дмитровской воеводской канцелярии означенное асессора Веревкина имение сельцо Михалево иметь в своем смотрении, не полагаясь на определенных к тому смотрителей, дабы нечему траты, а особливо крестьяном никакого раззорения отнюдь после давать не могло, и какие на оного Веревкина доходы собирались, оные как за прошлые годы, с которого тем доходом упомянутому Веревкину платежа не имелось, собрать, и впред собирая, хранить особо и никуда без указу Канцелярии конфискации в росход не употреблять, и об оных той Дмитровской воеводской канцелярии ежемесяные рапорты присылать в Канцелярию конфискации". Для смотрение за Михалевым был "определен из дмитровских дворян камисар Михайла Иванов сын Ртищев". В конце 1761 - начале 1762 года Веревкин уезжает из Казани в Москву, где подает челобитную в Сенате (и, возможно, в Кабинете) с просьбой вернуть ему отписаное имение, а долг вычитывать из жалованья. Петр III "указать соизволил: взятых надворным советником Веревкиным из Дворянского и Меднаго банков некоторой суммы из Высочайшей милости с него не взыскивать, но вычитая из ево жалованья, котораго ему до того времяни и не производить, пока весь долг казенный выплачен будет". Таким образом, несколько лет Веревкин не получал жалованья, которое полностью шло на погашение долга, но зато он сохранил Михалевское в собственности [3].

Другие усадьбы в губернии: Покровское, Дмитровский/Клинский у., Московская губ., принадлежащее матери Веревкина. С Покровским Михалево было связано и экономически: в сказке крестьян Михалева марта 1762 года говорится: "А для изделья, и для пахания пашни, и для козбы сена хаживали они в село Покровское, которое ныне во владении состоит за матерью помещика их вдовою Авдотьею Ивановою дочерью Веревкиною"[4].

Дом в Москве "в приходе церкви великомученика Никиты, что в Старой Басманной", принадлежащий матери М.И. Веревкина Е.А.Веревкиной[5].

Дом: Описание господского двора в Михалево августа 1762 года: "Хоромы господские: в них шесть светлиц, две холодные, четыре теплые; в оных четырех светлицах две печи с трубами кирпишные, у оных печей за трубами затворки железныя; во всех тех светлицах полы и потолки тесаные бревенчатые, окны во всех светлицах без окончин и без затворов; у тех светлиц двери шестеры - одне на петлых железных, а четверы на пятах, а у шестых только одне крючья железные, а петель нет. А у оных хором в сходные с обоих сторон два крыльца; ис тех хором на переднее крыльцо двери створные на пятах, а на заднее крыльцо одне двери на пятех. Ис тех же хором вверх одне двери на пяте. Вверху над теми хоромами имеется для ссыпания хлеба и всякой поклажи о дву сусеках на подволоке, забрано в четыре звена, а у оных забранных звеньев одне двери на пяте. Оное строение ветхое. Крыто тесом. Означенному строению цена [рубли] 10. Близ тех хором две избы - одна поваренная, другая люцкая, - старые, с сеньми старыми ж, избы крыты соломой, сени бес крыши. В тех избах в поваренной печь кирпишная, в люцкой глиненая, без заслонов. Во оных же избах три окна красные, да одно волоковое, трои двери на пятах. Означенные окны без окончин и без затворов. Оному строению цена [рубли] 1 [копейки] 50... Против оной люцкой избы клеть люцкая для паклажи всякаго скарбу пустая, бревенчатая, ветхая, крыта соломой, у ней двери на пяте, оной цена [копеек] 25. Против оной клети изба люцкая старая, перед ней клеть для всякой клажи люцкой, клеть для скотины бревенчатые, в той избе четыре окна волоковых, да дверь на пяте, оные окны без окончины. Оное строение крыто соломой. Цена. [рубли] 2... Господская житница бревенчатая, крыта соломой, в ней три сусека порозжие. Житница ветхая, цена [копеек] 20. Изба скотная, в ней печь глиненая и заслон деревянным. Перед той избой клеть, да два хлева скотные. Оное строение все бревенчатое, крыто соломой, ветхое, в той избе четыре окна волоковых без окончин. Дверей у избы, и клети, и хлевов четверы, на пятах. Оное строение все ветхое, цена [рубли] 1... Три хлева господские, в которых сажают гусей и уток, четвертая – житница люцкая пустая: бревенчатые, ветхие, крыты соломой, у одного хлева двери створные на петлях железных, а двои, тако ж и у житницы, одне на пятах, ветхие. Оному строению цена [копеек] 40. Подле оных хлевов изба люцкая бревенчатая ветхая, крыта соломой, перед ней – сени, сарай для становления корет, в той избе печь глиняная без заслона. Оному всему цена [копеек] 50..."[6].

Крестьяне и дворовые: По описанию 1762 года (РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 7 - 12 об.) имелось 43 души. Из них 11 дворовых (4 мужского, 7 женского полу) и 32 крестьянина (17 мужского и 15 женского пола). По возрастным категориям эти 43 души распределялись следующим образом:

От 0 до 10 лет - 12 человек (28 %).

От 10 до 20 - 10 человек (23 %).

От 20 до 60 - 16 человек (37 %).

От 60 до 80 - 5 человек (12 %)

Таким образом, к нетрудоспособной возрастной категории относились как минимум 40 % обитателей этого маленького имения.

Всего в нем насчитывалось 7 дворохозяйств: 6 крестьянских дворов, кроме этого одна семья дворовых имела собственное хозяйство. Из этих 7 дворохозяйств лишь 4 имели хотя бы одну лошадь и корову, а один двор имел одну лошадь, но не имел коровы. Наконец, два других крестьянских двора недавно остались без хозяев: крестьянские мужики умерли, оставив вдов и малолетних детей, которые "животины не имеют", а пропитание имеют "работою своею крестьянскою" и "ходя по разным людем, нанимаясь в казаки и в пастухи". Напротив, три других крестьянских дворохозяйства можно считать вполне успешными. Так, во дворе 33-летнего крестьянина Ивана Карпова было три лошади, две кобылы, корова с телкой, овцы, куры. Во дворе 60-летнего крестьянина Василия Семенова, с которым жили два взрослых сына, имелось две лошади, два жеребенка, корова, овцы, куры. Во дворе 40-летнего Алексея Естифеева было четыре лошади, две коровы, овцы, куры.

В 1769 году 42 души [1].

Хозяйственная деятельность: При описании имения в августе 1762 года, крестьяне, явно заинтересованные занизить реальное положение вещей, дали такую общую хозяйственную характеристику помещичьего дохода в сельце Михалева: "а при сей описи означенного сельца Михалева староста Алексей Ильин и все того сельца крестьяне сказали: ...оному помещику со оной вотчины бывало преж сего в год доходу: сеялось ржи по три четверти в поле. А ныне за неимением на оной земле навозу и за худобою земли высевается в год по четверти яроваго хлеба, овса по осьми четвертей. А ныне высеваетца за вышеписанною ж ходобою земли и за неимением навоза по две четверти. Житаря высевалось по две четверти, а ныне за оною ж худобою высеваетца по одной четверти. Конопель высевалось по два четверика, а ныне за неимением оного в посеве ничего не имеется. Семя льняного в посеве имелось по одному четверику. А ныне еще ничего не сеяно, точию налицо по наличеству восемьсот снопов, которые еще не обмолочены. Сенных покосов за неимением скота господского ничего не имеется, точию было по урожаю травы по реге Рогачевке волоковых копен сорок, и оная трава ныне отдана того сельца крестьяном. Да оной же господин их Веревкин збирал с крестьян в год по одному барану, по одной курице з двора, яиц по дватцети, орехов получетверику, черники по два фунта з двора, грибов по три фунта з двора, сухих холстов по десяти аршин з двора. А более оного помещичья доходу ничего не имелось"[7]. Отметим, что в Канцелярии конфискации поставили под сомнение справедливость этих показаний ("...с той деревни чтоб збирались денежные доходы, о том от крестьян не объявлено, а столовых запасов и збору показано малое число...") и приказали Дмитровской воеводской канцелярии "у тех крестьян взять скаску, не пожелают ли они быть на денежном оброке, и на каком имянно, и буде пожелают, то оной воеводской канцелярии разсмотря, в Канцеляию конфискации представить, на денежном ли оброке им быть прибыльняя, или пашню пахать и столовые доходы с них збирать, дабы те банковые деньги в казну могли быть в платеже в непродолжительном времяни"[8]. 11 марта 1762 года из Дмитровской воеводской канцелярии в Михалево был послан прапорщик Алексей Епифанов, который взял от крестьян новую сказку, которая была процитирована в доношении из Дмитровской воеводской канцелярии в Канцелярию конфискации от 14 марта 1762 года: "Бывшему помещику имелось доходу: в год ржи высевалось по две и по три четверти, житаря по одной и по две четверти, конопель по два четверика, семянного по четверику, травы по реке Рогачевке в покосе бывало волоковых по сороку копен, которая трава ныне во владение отдана им, крестьяном. Да с них же собиралось в год с шести дворов по одному барану, по одной курице, по дватцети яиц, орехов по получетверику, черники по два фунта, грибов сухих по три фунта, холста по десяти аршин, а более оного помещичья доходу ничего не имелось. И в прошлом 761-м году тот доход, тако ж и помещичей хлеб, во время владения показанным помещиком их, взят сполан без остатку. А для изделья, и для пахания пашни, и для козбы сена хаживали они в село Покровское, которое ныне во владении состоит за матерью помещика их вдовою Авдотьею Ивановою дочерью Веревкиною. А оному бывшему помещику в том сельце Михалеве помещиковой пахотной земли имеется точию самое малое число, и та ныне по мнению их в скудости лежит в пусте, и никто ею не владеет. А по наличеству в том сельце состоит и вновь с помеленными и посаженными бывшим их помещиком в том сельце на пашню дворовыми людьми мужеска полу дватцать три души, в том числе малолетних от осмии лет, иные даже до сущаго малого младенца, семь душ, которые подлежащаго денежного оброку платить не могут. И за выключением тех малолетних семи душ они в денежном оброке быть желают и платить денежной оброк в каждой год по одному рублю с каждой души, кроме малолетних, и того шеснатцать рублев, могут, а более того, чтоб с них ничего не требовать, и сверх того никакого доходу не полагать"[9].

По описанию 1762 года имелась "мельница... о дву поставах, амбар бревенчатой крыт соломой, в нем двои жерновы, при нем изба со всем снарядом, оное все ветхое, бес крышки, у тех амбара и избы двери на пятах, оному всему цена [рубли] 1"[10].

Упоминания в литературе: Сельцо Михалево М.И. Веревкин в сентименталистском духе изобразил в своей прозе как "прибежище от мирской суеты"[2].

Библиография:

Тихонов Ю.А. Дворянская усадьба и крестьянский двор в России XVII - XVIII вв.: сосуществование и противостояние. М.; Спб.: Летний сад, 2005. С. 323 - 325.

Примечания

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 1,6 Кусов В.С. Земли Московской губернии в XVIII в. Карты уездов. Описание землевладений. Т. 1-2. М., 2004. Т. 1. С. 287. (Клинский уезд).
  2. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 12
  3. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602
  4. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 27 - 27 об.
  5. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 3 об.
  6. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 7 - 9
  7. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 12
  8. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 14
  9. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 27 - 27 об.
  10. Дело о взыскании занятых коллежским асессором М.И. Веревкиным денег с его дмитровского имения. 1762. РГАДА. Ф. 340. Оп. 1. Ч. 3. Д. 9602. Л. 11 об.
Просмотры
Личные инструменты